7 Март 2014 / просмотров: 2 327

Интервью с Сейджем Коценбургом

sage_medal

Первые впечатления от золота: интервью с  Сейджем Коценбургом

Олимпиада в Сочи принесла команде США три золотые медали в  сноуборде, одну из которых, самую первую, получил молодой американский спортсмен — Сейдж Коценбург. О том, как он шёл к победе, и что помогло ему стать золотым медалистом подробнее в интервью.

Расскажи о своих ощущениях?

Прошедшая неделя определённо была самой сумасшедшей неделей во всей моей жизни. После того, как я выиграл золото в слоупстайле, у меня были безостановочные интервью и пресс-конференции до сегодняшнего дня. Это был хороший опыт, который я никогда не забуду.

Как ты осознал тот факт, что ты победитель Олимпийских игр и первый золотой медалист на Олимпиаде в Сочи?

До меня не сразу дошло, до сих пор не могу поверить, мне кажется это безумие. Я безумно рад, что стал первым, кто принёс команде США победу, это было очень круто! Ещё перед Олимпиадой я понял, что хочу показать высший уровень и надеялся получить золото. И вот, я выиграл, а золотая медаль была приятным бонусом.

Ты чувствуешь себя частью истории сноубординга?

Да… Знаете, мы почти первопроходцы. Мы понятия не имели, какая будет атмосфера и трасса. Я думаю те, кто наблюдал, могли заметить, что нам было действительно весело, и мы не давали Олимпиаде давить на нас. Это одна из страниц истории! И моей собственной истории тоже. Это то, что родилось там.

Каково было, когда тебя включили в сборную США?
Как раз прошли «X Games»,  я приехал на два дня домой, затем мы отправились в Мюнхен на Олимпийский отбор, где должны были получить всё спортивное снаряжение: одежду, телефоны, часы. Всего было так много! И всё было такое крутое! После нужно было примерить весь стафф, что доставило нам огромное удовольствие. На всём была символика США и нашей Олимпийской команды, это даже заставило меня затосковать по родине.

После мы полетели в Сочи утренним рейсом. Всю дорогу до города мы говорили: «Посмотри на это!». Было действительно здорово оказаться там. Слоупстайл включили в программу три года назад, эта дисциплина была в тени так долго, даже в начале сезона, казалось, что это было, как четыре или пять месяцев назад.  Я правда не мог представить, что мы поедем на Олимпиаду, пока мы не прилетели в Сочи и не увидели людей, одетых в Олимпийскую форму с Олимпийскими кольцами на пальцах, это было примерно так: «Вау! Мы здесь! Я не могу поверить в то, что мы это сделали!». В этот момент было реально круто!

Мы остановились в горах, которые были чем-то похожи на горы Аляски. Нас поселили в Олимпийскую деревню. Туда никто не мог зайти просто так. Под деревней я имею в виду территорию с трассами для бобслея, санного спорта, там была горнолыжная база, трасса для слоупстайла и пайп. Все горные виды спорта от каждой страны были в одной маленькой деревне! Это был достаточно высокий уровень.

Как это быть частью команды? Ведь сноубординг всё-таки индивидуальный вид спорта.

Быть из США и находиться в лидерах команды по слоупстайлу…  Я не особо задавался этим вопросом, мне было больше интересно, как люди воспримут это. Наша дисциплина не такая строгая, в отличие от других. По сути, мы делаем все, что хотим. Можно кататься настолько серьезно, насколько ты хочешь и готов выкладываться. Ты можешь ходить в спортзал, прыгать с трамплинов, либо валять дурака и весело проводить время. Иногда, стоя перед началом трассы, твоё состояние сопровождается сильнейшим выпуском адреналина.

Было классно быть в команде США. Так много поддержки со стороны родной страны. Я читал всё, что мне пишут в Твиттере, Инстаграме на Фейсбуке. Писали что-то вроде: «Давай Сейдж!» или приписывали теги #GoUSA, «мы гордимся вами!», когда ты все это читаешь, то понимаешь как это мило. Радовать своих болельщиков, тоже доставляет огромное удовольствие. Ты не делаешь это ради себя, ты делаешь это ради своей страны! Неважно откуда ты, ты можешь быть из самой маленькой страны, и каждый из этой страны будет болеть за тебя.

Sage_Kotsenburg_Sochi_Olympics_Chris_Wellhausen_38-600x400

Посещали ли тебя сомнения перед началом Игр?

Да, я думаю это обычное явление на Олимпиаде. У нас был тур за год до Сочи, и тут мы должны принимать участие в еще одной куче таких контестов. Некоторые из трасс на мировых чемпионатах, — которые мы обычно не делаем, могли быть не в нормальном состоянии, чтобы на них кататься. Моей главной целью было: поехать на Олимпиаду и сделать так, чтобы наш сноубординг засветился в блестящем свете. Побеждать это круто и «громко», и каждый катался на своем лучшем уровне. Неважно, кто выиграл.  Я просто хотел прокатиться, выглядя при этом отлично, и, конечно, чтобы всё это было профессионально. Мы здесь не для того, чтобы бездельничать. Мы должны быть уверенными на вершине, но когда ты стоишь там, перед своей трассой, все принимает серьёзный оборот. Я думал тогда: «Надеюсь, мы сможем сделать это, иначе они будут посмеиваться над нами». Но все закончилось благополучно. В финале трасса была одной из лучших трасс, на которых я катался за весь год, и она была очень большой. Всё пошло, как нужно. Все сомнения и мысли, что у меня были — размылись, когда я попал туда.

Все СМИ сосредоточили свое внимание на небезопасности трассы. Действительно ли она была таковой?

Когда мы смотрели, её только закончили делать.  Это была довольно типичная для слоупстайла трасса, возможно с незначительными изменениями. Может быть, некоторые из перил были немного убиты. Всегда будет что-то не так, как нужно. И это было. Было много трещин на трамплинах, но они поправили это в течение одного-двух дней. И потом все было идеально. То, что касается безопасности и опасности, о которой пишут СМИ, достало меня. Люди продолжают говорить, что трасса была опасной, но мы ведь на Олимпиаде. Ты ведь не говоришь, спускаясь по бобслейной дорожке: «О да, это мягко и безопасно». Это грубая трасса. Я не хотел приезжать туда и кататься на небольшой и безопасной трассе. Всё, что мы делаем – опасно. Поэтому, тут определённо имеет место быть небезопасная сторона сноубординга, с которой мы часто сталкиваемся, и которая является частью этого вида спорта.  В нас должно быть что-то безрассудное, чтобы все получилось.

Ты можешь описать день финала? Ты был не слабым спортсменом, но и не был главным претендентом на золото.

У нас уже был райдер, который получил место в финале, но я не переставал бороться, так что мне пришлось соревноваться в полуфинале, который проходил через два дня после квалификации.

В тот день у нас была сумасшедшая тренировка в 8:30, потому что солнце к тому времени еще не взошло, а появилось оно только в 9:20, за десять минут до того, как тренировка закончилась. У меня тогда все получалось, и я чувствовал себя хорошо подготовлённым в тот день. Есть такие дни, когда ты буквально заставляешь себя делать трюки или думаешь: «О, чувак, это бесит меня!». Но каждый элемент, который я отрабатываю каждый день, имеет для меня значение. Я никогда не думаю о чём-то больше, чем один раз. Я просто делаю это. Я нахожусь в безумном состоянии.

Мы сделали свой первый прокат в полуфинале, я отлично заканчивал попытку, и был на втором месте, и, в конце концов, вошел в финал. Но это было так странно и рандомно для меня. Я был почти никакой, когда оставались две последние попытки. Я уже не мог дождаться того, когда это закончится, чтобы пойти и просто покататься на сноуборде. А когда мы тренировались, я понял, что это был незаменимый опыт, и неважно, что будет, я собираюсь поехать и просто получить удовольствие.

Вот тогда я и подумал о 1620. Никогда не делал его раньше. Никогда. Я вспомнил про технику исполнения, и в конечном итоге решил не делать…  Не знаю почему. Просто не захотел делать его. Иногда все заканчивается не очень хорошо, когда ты пытаешься сделать трюк впервые. Поэтому я остался со своим 1440. Позже я позвонил своему брату (Блейзу Коценбургу) и сказал ему, что должен сделать 1620. Он ответил: «Чёрт, я думаю, у тебя получится 1620, но ты уверен, что не хочешь сначала сделать 1440?». Я подумал, что в последнее время, я делал 1440 и всегда приземлялся на зад, при этом падая. Но сказал: «Не, я всё-таки думаю, что смогу сделать 1620».

Мой брат ответил: «Да чувак, ты сделаешь это! Мы все смотрим трансляцию из дома, тебя поддерживает целая страна, а также Парк-Сити и Солт-Лейк-Сити, просто катай и получай удовольствие! Если приземлишься, мы будем в восторге, если нет, ты все равно в финале Олимпиады! Просто наслаждайся катанием!». Как только я услышал это, я так воодушевился! Это было приблизительно за 15 минут до финала.

Тогда я поговорил с нашим тренером Билом Эносом, сказал ему, что подумываю о 1620, и он не думая ответил: «Делай! У тебя должно получиться. Ты катаешься очень хорошо сегодня. Просто не думай об этом, представь в воображении, но не думай об этом. Давай, езжай». Я так и сделал. Я начал представлять себе свою попытку с 1620, но постоянно падал. Тогда я подумал: «Ничего не выйдет».  Но я всё же выкинул 1620 и сделал его в воздухе. «Что только что было?!» Я поднял свои руки к небу, мне казалось, я получил место в тройке лидеров, но я и подумать не мог, что выиграю! Когда показали счёт, я подумал: «Боже мой, я ведь могу опуститься на строчку ниже».

Я был третьим по счёту в спуске. Мне пришлось следить за каждым, кто ещё не спускался. В этот момент я чувствовал большую напряжённость. Я просто одел наушники и слушал музыку, болтаясь в низу трассы. Но никто не смог сбить меня с первой строчки, и это просто было невероятно.

Что было в твоей голове, когда ты понял, что выиграл?

Когда свою попытку проехал Макс Пэррот, я подумал, что это сумасшедший спуск! Я ждал, пока судьи выставят ему оценки, и уже не думал, что смогу получить больше, чем он. Мы вместе со Стале (Сандбехом) тусовались на надувной штуке, пытались отвлечься от всего этого. Помню, как услышал слова диктора: «Счет Макса сейчас выведут на экран … И… У НЕГО НЕ ПОЛУЧИЛОСЬ! СЕЙДЖ СТАЛ ПЕРВЫМ!». Я честно не знал, что и думать. Очевидно, ты едешь на Олимпиаду, и задумываешься о победе, а я даже не думал! Так что это было безумство для меня! Я так долго к этому шёл, от квалификации до полуфинала, наблюдая попытки каждого. Если бы никого не было внизу, и я не смог бы ни с кем разговаривать, я бы просто лёг. Но все кричали, и Стале подбрасывал меня в воздух. А я повторял: «Что происходит?». В своей голове я произнёс эту фразу раз сто. Никогда не забуду тот момент, когда я увидел свой счёт. Моя челюсть отвисла до пола.

Sage_Kotsenburg_Sochi_Olympics_Chris_Wellhausen_18-600x400

Когда была церемония награждения?

Она была позже, в эту же ночь. Что было ещё одним безумством. У меня даже не было времени успокоиться. Я выиграл. И сделал очень громкое дело, потому что это была первая золотая медаль на Олимпиаде. Я раздавал интервью в течение часа, давал пресс-конференцию, потом было тестирование на допинг. Мне хотелось позвонить своим родителям, но телефон не работал, тогда я отправил им сообщение в Фейсбуке (смеётся). Ребята из нашей сборной принесли мне мои вещи, потому что у меня не было ни минуты на то, чтобы отойти. Я сразу переоделся в форму на церемонию награждения. Правда, было немного отвратительно, потому что я был абсолютно мокрым. Затем, мы отправились давать комментарии для бешеной прессы.

Финальные соревнования по сноуборду в слоупстайле на Олимпиаде-2014

Как это, когда ты стоишь на пьедестале с поднятым флагом в руках, под гимн своей страны?

Нам показывали место церемонии награждения, когда мы только приехали. Проинформировали нас куда идти, и что делать. У них была белая доска. Мне казалось, что мы были на Супер Боуле (прим. автора Супер Боул — в американском футболе название финальной игры за звание чемпиона Национальной футбольной лиги). Было смешно.

На церемонии ты продолжаешь говорить, что не можешь поверить, в то, что случилось. Мы вышли на пьедестал почёта, и то, что мы чувствовали просто не описать словами! Были не только США, Канада и Норвегия, но тут еще было много людей из других стран, которые свистели и кричали. Мы махали, и люди просто теряли свои головы. Когда нам вручали цветы и медали, включили государственный гимн – это по-настоящему тронуло меня. И не только на эмоциональном уровне. Все зашевелилось во мне в тот миг, когда поднялся наш флаг. Я закрыл глаза на несколько секунд. Я думал, что это самый необыкновенный момент, который был в моей жизни, самый запоминающийся. Я и до сих пор так думаю. Моё сердце билось так быстро, я даже не знал, что делать. Марк (Моррис) посмотрел на меня и сказал: «Мои коленки трясутся», я посмотрел назад и сказал то же самое. Это было неописуемо.

Ты известен своим уникальным стилем и участием в разных сноубордических контестах. Может ли на твоем стиле как-то негативно сказаться участие в Олимпиаде?

Дело в том, что я набрал не так много баллов на квалификации в своей попытке. Я делал самые нереальные трюки, и был в таком восторге, но не получил высокие оценки. Сначала меня настигло разочарование, но потом я проверил свои сообщения, все писали мне: «Не меняйся», или «Не дай себя сломить», «Продолжай делать то, что делал». Это круто получить такое от каждого человека, связанного со сноубордингом. Я — сноубордист, и не завишу от того, что скажут СМИ. Я стараюсь оставаться самим собой. Но почему бы не поменять программу для того, чтобы выиграть? Безусловно, я изменил кое-что в своей попытке, усложнив трюки на периле, но тогда я еще добавил «layback slide» (смеётся), который говорил сам за себя, что я сделаю всё для вас, ребята. Никто не делал этого в своей попытке. Тогда я сделал его с 1620. Я думал это золотая середина между моей уникальностью и фантастическим исполнением трюка. Ещё можно было сделать что-то вроде «bigger spin» или «triple cork» и не потерять при этом всю оригинальность. А можно соединить свою неподражаемость и технически хорошо исполненный элемент.

Это было то, о чём я думал, я не собирался меняться для судей. В конце дня мне было всё равно, что они скажут о моём катании. Если им понравится мое исполнение – круто! Если нет – всё в порядке. У каждого своё мнение, но это то, как я умею кататься. Будь то Олимпиада или X Games, или катание на пухляке, или джиббинг. Я смотрю на эти вещи немного по-другому, и мне нравится делать нереальные вещи. Может быть, это не те трюки, которые хотят видеть судьи, даже если это невероятно сложно. Я чуть не упал, когда делал один трюк на тренировке и был почти уверен, что не смогу сделать его. Я финишировал, оставаясь при этом верным самому себе. И выиграл с программой, которую я составлял, не меняя её для судей. Хотя, я поменял 1440 на 1620, но это единственное, что я изменил.

Как ты думаешь,  сноубординг был хорошо представлен в слоупстайле?

Я немного переживал, будет ли это выглядеть на уровне, но думаю, мы сделали всё великолепно. Многие люди катаются, но не каждый идёт и целенаправленно тренируется ради одного момента всей жизни. Поскольку существуют несчастные случаи в сноубординге, мы понимаем это по-разному. Нам весело. Мы даем пять, будь ты из Норвегии или Бельгии или Канады или Словакии. Не имеет значение, откуда ты,  все приветствуют  тебя и будут рады с тобой подружиться. Всё это можно увидеть своими глазами. Мы веселимся там, но при этом делаем кучу сумасшедших трюков и фишек, на которые люди реагируют примерно так: «Что это за штуки?» «Мы бы никогда не сделали так». Мне кажется, они действительно в восторге от того, что мы вытворяем.

Глупо ли думать что это мейнстрим?

Все СМИ смотрели слоупстайл, потому что это было новое соревнование, ещё и в первый день Олимпиады. Выиграл ты, или нет, журналисты будут брать у тебя интервью. Мне кажется, они работали лучше, чем на предыдущей Олимпиаде. По мнению СМИ, они разожгли на этом огонь, они увидели, что мы все общаемся между собой.

За последние три-четыре дня я получал кучу сообщений, в которых говорилось: «Я никогда не занимался сноубордингом, но теперь собираюсь попробовать благодаря тебе» или «Мои дети собираются покататься на сноуборде в этот уикенд, после того, как увидели тебя в слоупстайле». Это так круто, и это действительно открыло мне глаза. Не передать те ощущения, когда ты понимаешь, что можешь оказать влияние на детей. Было бы здорово помочь им войти в сноубординг по правильным причинам.

Считаешь ли ты, что некоторые спортсмены могут потерять виды на будущее, поучаствовав в Олимпиаде?

Да. Ты запросто можешь потерять всё в сумасшествии и шумихе Олимпиады. И потом всю оставшуюся часть жизни думать о ней плохо. Или ты можешь  получить от этого большой опыт. Мы все первопроходцы и никто не может отнять этого у нас. Но скажи самому себе, что ты завоюешь золотую медаль, или две, или три. Довольно глупо считать, что они изменят твою жизнь навсегда. Я хочу сказать, что, к примеру, неделю назад я встретил Джимми Фэллона, Дэнзела Фашингтона, получил приглашение на вечеринку по поводу вручения «Грэмми». Но ведь можно потерять все это так же, как и приобрёл. Ты можешь просто забить на сноубординг, но именно это делает тебя тем, кем ты являешься.  Ты должен принимать всё это осторожно. Наслаждаться всем этим, но при этом не забывать тренироваться. Я не собираюсь ехать в Голливуд, и тусоваться там с Пэрис Хилтон. Я буду просто продолжать заниматься сноубордингом. Все эти штуки с Грэмми, конечно, круто, но не нужно теряться в этом.

Позволишь ли ты этому моменту определить свою карьеру?

Это действительно определяющий момент. Даже лучший момент в моей жизни! Но ещё я бы хотел снять свое кино о сноубординге через пару лет или что-нибудь другое. Что-нибудь другое – это не соревнования. Просто заставить людей думать об этом виде спорта иначе. Для меня важную роль сыграли фильмы, именно они определили мой выбор. Затем я увидел все это со стороны соревнований. Надеюсь, что многие дети не пойдут в сноубординг только ради того, чтобы выиграть Олимпиаду. Это просто убьёт меня. Занимайтесь этим ради веселья и делайте много нереальных вещей! Участие в соревнованиях – это, конечно, тоже здорово. Выигрывать – круто, но не поэтому ты выбираешь сноуборд. Для меня выиграть – просто ещё один этап в моей карьере. Всё случилось довольно рано, но я готов продолжать заниматься этим и смотреть, что принесёт мне это занятие. Буду работать над собой, и получать удовольствие от катания.

ПОДЕЛИТЬСЯ С ДРУЗЬЯМИ В СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЯХ:

PinIt